Синим пламенем…

Rate this post

Сегодня мы узнали, что рано утром в Рустае от поджога сгорел дом Николая Терменева, работающего в отделе охраны Керженского заповедника…

Дым на месте пожара. 14.11.2017

К сожалению, это далеко не первый случай поджога домов сотрудников заповедника, занимающихся охраной его территории.

Оперативная работа, связанная с пресечением браконьерства, в этих местах всегда была сопряжена с риском, особенно в первые годы работы заповедника.

Вот краткий перечень:

23.07.1995. Совершен поджог сена, сгорело три стога (около трех тонн) инспектора охраны территории заповедника В.Б.Кукушкина.

13.08.1995. Совершена попытка поджога здания полевой базы заповедника, расположенной в деревянном здании старой школы, где первоначально мы поселились, и куда перевезли все свои вещи, включая нашу личную библиотеку.  Поздно вечером около 23 часов пламя охватило выходившее во двор крыльцо. Мы были дома, и Евгений схватив огнетушитель быстро залил огонь. Рядом с крыльцом нашли бутылку из-под бензина. К сожалению, обращение в милицию не помогло найти поджигателей.

14.08.1995. Совершен поджог, сгорело два стога (около четырех тонн) сена, заготовленного для лошади заповедника. Тогда не было сотовой связи, да и телефонная линия работала в Рустае «не очень». О поджщге мне сообщили 15 августа прямо на совещании у главы районной администрации по вопросу изменения границ заповедника.

28.09.1995. Возник пожар около узкоколейной железной дороги. Своевременно принятые меры позволили оперативно локализовать очаг. Судя по характеру загорания (от сложенных куч хвороста одновременно с обеих сторон дороги), вероятен поджог.

21.10.1995. В ночь на 22 октября совершен поджог кабины автомашины заповедника ГАЗ-63. Своевременно принятые мер по тушению предотвратили взрыв бензобака.

23.10.1995. Ночью выстрелами из ружья разбиты стекла в двух окнах в здании полевой базы и лобовое стекло автомашины заповедника ГАЗ-66.

31.01.1996. Арбитражный суд по иску заповедника об отмене решения Борской администрации о изменении границ заповедника. Судьи в мантиях начинают заседание. И вдруг оно прерывается из-за поступившего звонка р заложенной бомбе. Бомбу, конечно, не обнаружили, но судебное заседание сорвано.

Кульминационным моментом стал пожар 23 апреля 1996 года. Здание полевой базы, где после капитального ремонта уже размещался склад заповедника,  куда на днях уже планировалось перевести и бухгалтерию, было подожжено повторно.

На этот раз ни меня, ни Евгения на месте не было, ночевал в здании только наш сын Олег, которому тогда исполнилось 14 лет. Ночью Олег проснулся от дыма и разбудил сторожиху. Пламя поднималось с внешней стороны здания от первого этажа. Пока Олег бегал в пожарную часть за помощью, пока приехала пожарная машина, пламя охватило уже и второй этаж, пожарные спасти здание не смогли, оно сгорело до тла.

Помню острое чувство обиды и утраты, когда всего лишились не только мы, но и заповедник. Сгорели оборудование, включая моторные лодки, мотоцикл и рации заповедника, инвентарь, снаряжение и материалы… Но больше всего мне было жаль книги, которые мы с Евгением собирали со школьных лет.

Нам тогда очень помогла семья Скобелева Юрия Ивановича, чью помощь с теплотой мы вспоминаем до сих пор.

Этот крупный «теракт» вызвал негодование большей части жителей поселка, и  все затихло на какое-то время.

Но и позднее случаи пресечения браконьерства сопровождались поджогами.

В наше отсутствие сгорел еще один дом с сараем, который мы брали себе в долгосрочную аренду.

Горели потом в разное время кордоны заповедника, вагончики и дома в Рустае, где останавливались госинспектора оперативной группы.

Но последний поджог был уже достаточно давно. Тогда сгорел арендованный для оперативной группы дом. Помню, что накануне мы забирали на машину, ехавшую в Нижний Новгород, ребят из оперативной группы. Узнав, что они собираются оставить в доме резиновую лодку, я заставила их перенести ее в свой дом, говоря при этом, что уезжая куда-либо они должны быть готовы вернуться на пепелище.

С тех пор прошло немало времени, и мне самой уже  казалось, что эпоха поджогов прошла, что все местные жители приняли заповедник, включая и самых отъявленных браконьеров.

Но, видимо, успокаиваться еще рано.

Мы искренне сочувствуем Николаю Терменеву. Увы, такая у него рискованная работа…

14.11.2017

15.11.2017

 

 

 

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *